Гороховецкие лагеря 1941 списки

Из истории Гороховецких лагерей

Про Гороховецкие лагеря знают даже те, кто никогда не бывал в Гороховце. Но такое название вполне обоснованно. Пресловутые лагеря появились на территории Гороховецкого уезда Владимирской губернии вскоре после посещения наркома по военным и морским делам Клима Ворошилова. Его привлекли туда богатые охотничьи угодья. Во время прогулок с ружьем высокий гость набрел на место бывшего лагеря царской армии у деревни Мулино, где насчитывалось 500 жителей.


Перед Первой мировой войной под Гороховцом существовали армейские палаточные полевые лагеря

Ворошилову рассказали, что раньше туда приезжали стрелковые и артиллерийские полки для полевых занятий. Увиденное запало в голову сталинскому наркому. В ноябре 1927 года приказом наркомвоенмора СССР был образован Гороховецкий учебный артиллерийский центр, причем Ворошилов удостоверился, что отходящая под военный объект территория непригодна для земледелия.


Нарком Клим Ворошилов — крестный отец Гороховецких лагерей

Вскоре в Гороховецком учебном центре разместился филиал Артиллерийского научно-исследовательского полигона, размещавшегося под Ленинградом. А неподалеку от Мулино в селе Золино, тоже Гороховецкого уезда, разместилась 17-я стрелковая Нижегородская дивизия, для которой выстроили военный городок.
На гороховецкой земле проводили испытания новых артсистем и танков. Например, в октябре 1939-го там испытали танк Т-28 с новой 76-мм танковой пушкой Ф-34, созданной на Горьковском заводе № 92 под руководством известного конструктора Василия Грабина. В ноябре 1940 года на директрисе Гороховецкого центра испытывался новый танк Т-34. За три дня из пушки «тридцатьчетверки» было сделано 2807 выстрелов! По результатам испытаний Т-34 приняли на вооружение.


Первые танки Т-34 после испытаний на Гороховецком артиллерийском полигоне

Еще большее значение Гороховецкий учебный центр получил в годы Великой Отечественной. Сюда из блокадного Ленинграда перевели Артиллерийский научно-исследовательский опытный полигон. В Гороховецком артиллерийском центре испытывали многие отечественные и трофейные орудия, «отстреливали» новые танки «Иосиф Сталин» и Т-34-85. В январе 1943-го из Барнаула в Гороховецкий район передислоцировали военный госпиталь. Первоначально — в Золино, затем в 1965-м он переехал в Мулино.
В годы войны в Гороховецком центре было создано и отправлено на фронт более 300 соединений, в том числе 201-я стрелковая (впоследствии 4-я Гвардейская) латышская дивизия, 13-я Киевская артиллерийская дивизия прорыва Резерва ГК, соединения 1-й армии Войска Польского.

Почему центр назвали лагерями?

Условия размещения в центре новобранцов и запасников, особенно в 1941-42 гг., были скверные. Люди жили в антисанитарных условиях, без теплого обмундирования, их плохо кормили, не оказывали медицинской помощи. Некоторые умирали, не успев попасть на войну, а остальные мечтали быстрее отправиться на передовую. Тогда и появилось «народное» название центра — Гороховецкие лагеря, по аналогии с иными лагерями… Опубликовано немало мемуаров фронтовиков о лишениях в Гороховецких лагерях. Возглавлявший в 1990-е пресс-центр МВО полковник Игорь Петрищев, так вспоминал о пребывании там в конце 41-го:
«Знаменитые» Гороховецкие лагеря, расположенные в лесу. Кто их только не прошел? В то время это были деревянные сооружения, вырытые в земле, покрытые землей сверху. Внутри землянки нары из бревен в 2 яруса. В каждой землянке располагалось по 40 человек. Пришли мы в лагеря усталые, легли, не раздеваясь, отдыхать и сразу почувствовали впервые прелесть лагеря. Лег я на нижний ярус навзничь и сразу ощутил падение с верхнего яруса то ли крошек, то ли мусора какого, а когда стал это смахивать с лица, то нащупал нечто ползущее — вши. Они моментально проникли в нижнее белье, и началась их «работа». Вши заели, их было так много и они так беспокоили, что нам приходилось раздеваться догола и трясти их прямо на снег в морозы, после чего снег был серым. Кормили нас очень плохо. Бывало, принесут котелок каши, успеешь задеть ложкой один раз, а второй раз полезешь в котел за кашей, а там ее уже и нет».
Профессор НИИ автомобильного транспорта Марк Лурье, провоевавший почти всю войну, назвал Гороховецкие лагеря 41-го «концлагерем»:
«Чтобы сделать людям «концлагерь» много ума не надо, просто запихните в место, где можно разместить 100 человек, сразу 500, и жизнь людей превратится в кошмар. И питание выделяйте на сотню, а не на полтысячи душ. Выдали нам хлопчатобумажные гимнастерки и брюки, а обуви и шинелей для солдат нет! До самой отправки на фронт красноармейцы нашей роты ходили в «домашних ботинках», в «гражданских» пальто и ватниках. В день выдавали 700 граммов хлеба, но это был не хлеб, а сырая мякина. На каждых 14 человек дважды в день давали банную шайку супа, а вечером каждый боец получал еще мизерную порцию каши. Только ты съедал суп из миски, так сразу отдавал ее стоящему в очереди, не было мисок и для трети бойцов, а котелков и в глаза не видели. Кто находился в Гороховце больше двух месяцев, заболевал дистрофией, у многих была цинга…».
И это далеко не самые тягостные подробности. А поэт-фронтовик Борис Слуцкий, начавший войну рядовым, а закончивший ее майором, написал о Гороховецких лагерях почти эпитафию:
«…И вот возникает запасник, похожий на все запасные полки,
На Гороховец, что с дрожью по коже вспоминают фронтовики
На Гороховец Горьковской области (такое место в области есть)
Откуда рвутся на фронт не из доблести, а просто, чтоб каши вдоволь поесть».
Поэт напутал в хронологии. В Горьковскую область лагеря попали в конце войны. В августе 1944-го, когда была создана Владимирская область, в Указе Президиума Верховного Совета СССР особо оговаривалось, что четыре сельсовета Гороховецкого района с населенными пунктами Мулино и Золино (Гороховецкие лагеря) были перечислены в состав Горьковской области. Но название осталось старое, гороховецкое.

В конце 1940-х гг. на территорию Гороховецкого центра передислоцировали 12-ю артиллерийскую дивизию прорыва Резерва Верховного главнокомандования. В 1975-м на ее базе создали 20-ю учебную артиллерийскую дивизию, ежегодно готовившую по 8 тысяч сержантов-артиллеристов. Через «Гороховецкие лагеря» прошли десятки тысяч срочников, и для них воспоминания об этой «учебке» остается памятны навсегда.

В 1993-1994 гг. из бывшей ГДР на территорию Гороховецкого артполигона вывели 34-ю гвардейскую артиллерийскую и 47-ю гвардейскую танковую дивизии, а к 1995-му в Мулино выстроили новый военный городок.

В связи с изменившейся военной обстановкой на фронте (разгром армии Паулюса под Сталинградом). Нас через 2,5 месяца службы направили на запад.

Согласно Предписанию Генерального штаба армии нам определили место дислокации -Гороховецкие лагеря — Первый запасной минометный полк 120-мм минометов.

По прибытию в назначенное место мы были удивлены увиденным. Вся территория была обустроена землянками, каждая из них вместимостью не менее 200 человек. В одних землянках стояли двухярусные кровати, в других – сплошные, 2-х спальные нары, причем их было подавляющее большинство.

Вся масса этих людей начинала кипучую деятельность согласно распорядка рабочего дня в 6 часов утра.

Но так как у нас были лошади, то нам приходилось вставать в 5 часов утра. До общего подъема мы обязаны были почистить лошадь, покормить овсом, напоить. Водопой осуществлялся на озере. Каждый вел свою лошадь под уздой. Садиться на неё верхом не разрешалось. Лошади это главная тягловая сила для транспортировки пушек, минометов, подвод с боеприпасами и продуктами. В это самое время в армии была и конная кавалерия, которая сидела верхом на лошадях полностью от эскадрона до корпуса.

В общем нам пришлось месяц подкармливать на вольных лугах (полянах в лесу) в ночное время с целью доведения их до умеренной упитанности.

Днем мы занимались военной подготовкой, ночной отдых был в палатках, пища готовилась в полевой походной кухне.

Через месяц к нам прибыли представители отделов комплектации и ветеринарной службы армии для отбора и приема коней. В течении 2-х суток, эта работа была завершена.

Мы вернулись на прежнее место службы в лагеря. Но здесь мы долго не задержались. Сверху пришел приказ с 29 июня 1943 года приступить к формированию 615 минометного полка 120 м/м минометов. И нас всех , прибывших с Забайкалья, зачислили в этот полк . Тут же по другую сторону забора перевели в такие же землянки, как и первые. Но внутреннее благоустройство желало быть лучше. Голые 2-х ярусные деревянные нары, перекрытые вместо досок, сосновыми жердями, а сверху положены плетеные маты из березовых веток или лозы. А постель – шинель. Она под бок, она под голову, она и сверху!

И что было удивительно и странно, так это неисчислимое количество блох. Спать было невозможно ни раздетым ни одетым. Приходилось бежать в ближайший с землянкой густой кустарник «лющик», который имел специфический запах, от которого блохи выпрыгивали. И тогда можно было без суеты скоротать ночь.

В последних числах июля 1943 года нас перевезли в район Кубинки Московской области для дальнейшего формирования и укомплектования всем необходимым для ведения боевых действий на фронте.

Это минометы, автомашины, радиостанции,стрелковое оружие, шансовый инструмент и т.п. Здесь же проводились учебно-полевые стрельбы с этого оружия и другой техники.

Эти стрельбы вели через наши головы, с целью обкатать нас к реалиям боевой обстановки в предстоящих боях на фронте.

Гороховец рулит запись закреплена

Многие из тех, кто никогда не бывал в Гороховце, знают про Гороховецкие лагеря. И хотя сейчас этот, когда-то строго засекреченный военный объект, никакого отношения в Гороховцу уже не имеет, такое название вполне обоснованно.

Эти лагеря появились на свет почти ровно 85 лет назад на территории Гороховецкого уезда Владимирской губернии вскоре после посещения местных лесов наркомом по военным и морским делам «первым красным офицером» Климом Ворошиловым.

Лесные дебри левобережья Клязьмы в ее нижнем течении с давних пор считались притягательными для охотников. Говорят, что именно охотничьи угодья и привлекли туда в 1927 году наркома Клима Ворошилова. Во время прогулок с ружьем меж сосновых боров и лесных озер Гороховецкого уезда высокий гость набрел на место бывшего лагеря царской армии у большой деревни Мулино, где насчитывалось около 500 жителей.

Ворошилову рассказали, что раньше туда приезжали стрелковые и артиллерийские полки царской армии для проведения полевых занятий. Увиденное запало в голову сталинскому наркому. И в ноябре того же 1927 года приказом нарком-военмора был образован Гороховецкий учебный артиллерийский центр, причем перед утверждением этого документа Ворошилов по-хозяйски удостоверился, что отходящие под новый военный объект земли непригодны для земледелия.

Вскоре на территории Гороховецкого учебного центра (ГУЦ) разместился филиал Артиллерийского научно-исследовательского полигона, размещавшегося под Ленинградом. А затем неподалеку от Мулино в селе Золино, тоже входившем в Гороховецкий уезд, разместилась 17-я стрелковая Нижегородская дивизия, для которой выстроили целый военный городок.

На гороховецкой земле проводили испытания новых артсистем и танков с разными вариантами пушечного вооружения. Так, например, в октябре 1939-го на гороховец-ком полигоне испытали танк Т-28 с новой 76-мм танковой пушкой Ф-34, созданной на Горьковском заводе № 92 под руководством известного конструктора Василия Грабина. А в ноябре 1940 года на директрисе Гороховецкого центра испытывался новый танк Т-34, оснащенный тем же орудием. За три дня из пушки «тридцатьчетверки» было сделано 2807 выстрелов! По результатам этих испытаний Т-34 пошел в серию и стал лучшим танком второй мировой войны.

Еще большее значение ГУЦ получил в годы Великой Отечественной. Туда из блокадного Ленинграда перевели весь Артиллерийский научно-исследовательский опытный полигон. В Гороховецком артиллерийском центре испытывали многие отечественные орудия, а также трофейную технику, «отстреливали» новые танки ИС и Т-34-85. В январе 1943-го из Барнаула в Гороховецкий район передислоцировали военный госпиталь. Первоначально он находился в Золино, а в 1965-м переехал в Мулино.

В годы войны Гороховецкий центр стал пунктом формирования новых воинских частей. Там было создано и отправлено на фронт более 300 соединений, в том числе 201-я стрелковая (впоследствии 4-я Гвардейская) латышская дивизия, 13-я Киевская артиллерийская дивизия прорыва Резерва ГК, соединения 1-й армии Войска Польского.

Спартанские условия
Однако условия размещения в центре новобранцов и запасников, особенно в 1941-42 гг., были более чем спартанские. Люди жили в антисанитарных условиях, без теплого обмундирования, их плохо кормили, не оказывали медицинской помощи. Некоторые умирали, не успев попасть на войну, а остальные мечтали быстрее отправиться на передовую. Тогда и появилось «народное» название артиллерийского центра – Гороховецкие лагеря, по аналогии с совсем иными лагерями…

Опубликовано немало мемуаров фронтовиков о лишениях, которые им приходилось терпеть в Гороховецких лагерях. Например, возглавлявший в 1990-е гг. пресс-центр МВО полковник Игорь Петрищев так вспоминал о пребывании в лагерях в конце 41-го: «Знаменитые» Гороховецкие лагеря, расположенные в лесу… Кто их только не прошел? В то время это были деревянные сооружения, вырытые в земле, покрытые землей сверху. Внутри землянки нары из бревен в два яруса. В каждой землянке располагалось по 40 человек. Пришли мы в лагеря усталые, легли, не раздеваясь, отдыхать и сразу почувствовали впервые прелесть лагеря. Лег я на нижний ярус навзничь и сразу ощутил падение с верхнего яруса то ли крошек, то ли мусора какого, а когда стал это смахивать с лица, то нащупал нечто ползущее – вши. Они моментально проникли в нижнее белье, и началась их «работа». Вши заели, их было так много и они так беспокоили, что нам приходилось раздеваться догола и трясти их прямо на снег в морозы, после чего снег был серым. Кормили нас очень плохо. Бывало, принесут котелок каши, успеешь задеть ложкой один раз, а второй раз полезешь в котел за кашей, а там ее уже и нет».

Профессор НИИ автомобильного транспорта, доктор технических наук Марк Лурье, провоевавший почти всю войну, и вовсе назвал Гороховецкие лагеря 41-го концлагерем: «Чтобы сделать людям «концлагерь», много ума не надо, просто запихните в место, где можно разместить 100 человек, сразу 500, и жизнь людей превратится в кошмар. И питание выделяйте на сотню, а не на полтысячи душ… Выдали нам хлопчатобумажные гимнастерки и брюки, а обуви и шинелей для солдат нет! До самой отправки на фронт красноармейцы нашей роты ходили в «домашних ботинках», в «гражданских» пальто и ватниках… В день выдавали 700 граммов хлеба, но это был не хлеб, а сырая мякина. На каждых 14 человек дважды в день давали банную шайку супа, а вечером каждый боец получал еще мизерную порцию каши. Только ты съедал суп из миски, так сразу отдавал ее стоящему в очереди, не было мисок и для трети бойцов, а котелков и в глаза не видели. Кто находился в Гороховце больше двух месяцев, заболевал дистрофией, у многих была цинга…».

И это далеко не самые тягостные подробности. А поэт-фронтовик Борис Слуцкий, начавший войну рядовым, а закончивший ее майором, написал о Гороховецких лагерях почти эпитафию:
«…И вот возникает запасник, похожий на все запасные полки,
На Гороховец, что с дрожью по коже вспоминают фронтовики.
На Гороховец Горьковской области (такое место в области есть),
Откуда рвутся на фронт не из доблести, а просто, чтоб каши вдоволь поесть».

Правда, поэт немного напутал в хронологии. В Горьковскую область лагеря попали лишь в конце войны. В августе 1944-го, когда была создана Владимирская область, в Указе Президиума Верховного Совета СССР особо оговаривалось, что четыре сельсовета Гороховецкого района с населенными пунктами Мулино и Золино (почти все Гороховецкие лагеря) были перечислены в состав Горьковской области. Но название осталось старое, гороховецкое.

После войны на территорию Гороховецкого центра передислоцировали 12-ю артиллерийскую дивизию прорыва Резерва Верховного главнокомандования. В 1975-м на ее базе создали 20-ю учебную артиллерийскую дивизию, ежегодно готовившую по 8 тысяч сержантов-артиллеристов. В 1993-1994 гг. из бывшей ГДР на территорию Гороховецкого артполигона вывели 34-ю гвардейскую артиллерийскую и 47-ю гвардейскую танковую дивизии, а к 1995-му в Мулино выстроили новый военный городок.

В последнее время Гороховецкий центр не раз оказывался на слуху в связи с проходившими там масштабными учениями, которые посещали самые высокие лица. В 2011 году было объявлено о договоре Минобороны с германским концерном Rheinmetall (бывшим крупнейшим производителем танков, стрелкового и авиационного вооружения третьего рейха) о строительстве в Мулино центра боевой подготовки Сухопутных войск на площади 500 кв. км. Сумма сделки, которую заключило ныне печально известное ОАО «Оборонсервис», оценивалась в 100 млн евро – (около 4 млрд рублей). Предполагалось, что новый полигон с лазерными датчиками и устройствами беспроводной передачи данных с системой спутниковой навигации будет сдан в 2014 году. Сегодня в свете последних коррупционных скандалов подобное «призвание варягов» для создания важнейшего оборонного объекта выглядит весьма сомнительным.


[an error occurred while processing the directive]
Карта сайта